среда, 2 мая 2012 г.

Тень Гитлера


На  фото - Траудль Юнге – личный секретарь Гитлера.
В декабре минувшего года Национальный архив США направил Конгрессу новый доклад, основанный на рассекреченных материалах американской разведки о нацистских военных преступниках и их послевоенной судьбе
Один из авторов доклада, профессор Флоридского университета Норман Гоуда рассказал «Совершенно секретно» о наиболее интересных открытиях.
Владимир Абаринов: – Д-р Гоуда, ваш доклад посвящен сотрудничеству бывших нацистов с американской разведкой.
Неприятная для американцев правда состоит в том, что в годы холодной войны ЦРУ использовало или пыталось использовать в своих интересах лиц, в чьей причастности к военным преступлениям оно не сомневалось. Именно по этой причине документы так долго оставались засекреченными…
Норман Гоуда: – Инструкции, изданные сразу после войны, четко определяли категории лиц, автоматически подлежащих аресту. Это бывшие сотрудники гестапо, бывшие военнослужащие СС и так далее. Но уже с 1947 года военной контрразведке США не вменялись в обязанность такие аресты. Задачи использования бывших офицеров гестапо и СС в интересах разведки никогда не существовало. Однако это происходило в особых случаях. Мы не обнаружили документов, в которых правительство США, командование вооруженных сил или хотя бы руководство контрразведки давали бы указания своим подразделениям на местах активно вербовать бывших гестаповцев или офицеров разведки СС.

Бывший оберштурмбаннфюрер СС Вальтер Рауфф в машине с чилийским полицейским после его ареста в Пунта-Аренасе, 1962 год.


В.А.: – В России одним из доказательств лицемерия Америки в этом вопросе считается дело ученого-ракетчика Вернера фон Брауна. Он был членом нацистской партии, офицером СС – к концу войны имел звание штурмбаннфюрера. На заводе по производству ракет, которыми обстреливался Лондон, использовался труд узников концлагерей. Тем не менее фон Браун получил вид на жительство, а затем и американское гражданство и стал одним из разработчиков космической программы США. («Совершенно секретно» в свое время (№10/2006) подробно рассказывала о том, как Браун оказался в США. Он сумел убедить американских следователей в своей аполитичности.) Что вы можете добавить на основании документов, которые вы видели?
Н.Г.: – Насколько я понимаю, Браун весьма успешно справился с задачей, представляя себя как просто инженера, специалиста на службе режима. Точно так же делали и все остальные немецкие ракетчики, ученые и инженеры. В то время еще не было известно, что они имели отношение к жестокостям Нордхаузена (завод по производству ракет «Фау-2». – В. А.), к подземному заводу в туннелях, пробитых в толще гор, к использованию рабского труда заключенных. Вернее, что-то об этом знали, но смотрели сквозь пальцы – полагаю, командование в первую очередь интересовала их профессиональная квалификация. Я видел собранные разведкой публикации немецких ученых. При их чтении можно было сделать вывод, что некоторые из них как минимум были знакомы с результатами медицинских экспериментов в лагерях. Но мне неизвестно, читал ли кто-нибудь внимательно эти материалы. Главной задачей было использовать их научный опыт. Другая сторона этой медали – советская практика использования немецких специалистов в области авиации и ракетной техники. Не знаю, насколько внимательно Советы проверяли возможную причастность этих людей к военным преступлениям.
(«Совершенно секретно» занималась этим вопросом – см. уже упомянутую публикацию. Этот аспект советскую разведку просто не интересовал. Сначала производство было восстановлено на месте – в Саксонии, на головном предприятии компании «Юнкерс», и в Тюрингии, в Нордхаузене, где осталось оборудование фон Брауна и часть его персонала. Немецких атомщиков вывезли в Советский Союз сразу, а вскоре за ними последовали и ракетчики. Советская разведка пыталась переманить и фон Брауна, который оказался к концу войны в американском оккупационном секторе, но из этого плана ничего не вышло.)

Судьба верной Траудль
В.А.: – Среди огромного массива рассекреченных документов есть стенограммы допросов Траудль Юнге – личного секретаря Гитлера. В США эта личность хорошо известна. В 2002 году здесь вышел перевод ее воспоминаний «До последнего часа». Два года спустя фильм Оливера Хиршбигеля «Бункер», снятый по мотивам книги Юнге, был номинирован на премию «Оскар». Что нового вы нашли в протоколах допросов Юнге?
Н.Г.: – Она говорила о последних днях Гитлера, о его самоубийстве, о самоубийстве Евы Браун и семьи Геббельсов – все это, конечно, уже не новость. Однако оказалось в ее рассказе и кое-что, о чем мы не знали. Она рассказала, что в самые последние дни жизни Гитлера в бункере побывал шеф гестапо Генрих Мюллер. Мюллер исчез после Второй мировой войны: его никто не арестовывал, никто не видел его трупа. Это породило множество легенд о том, что он стал работать либо на Советы, либо на ЦРУ. Из дела, которое американская разведка завела на Мюллера, мы выяснили, что Мюллер, всего вероятнее, был убит в финале битвы за Берлин. Тот факт, что Мюллер, как свидетельствует Траудль Юнге, посещал в последние дни бункер Гитлера, позволяет предполагать, что у него не было тайных связей с советской разведкой. Он сохранял лояльность Гитлеру или, по крайней мере, Германии до самого конца войны.
По словам Траудль Юнге, Мюллер оставался в бункере до самой смерти Гитлера и часто общался с ним. Судя по всему, он взял на себя обязанности своего шефа Генриха Гиммлера, которого фюрер за день до своей смерти объявил предателем, исключил из партии и снял со всех занимаемых постов. Следующим по субординации был Вальтер Кальтенбруннер, но он находился в Зальцбурге.

В.А.: – В картине «Бункер» Траудль Юнге успешно выходит из поверженного Берлина. Советские солдаты не чинят ей препятствий. В финале она вместе со случайно встреченным мальчиком-подростком весело катит на велосипеде навстречу своей новой жизни. На самом деле, насколько я знаю, Юнге была арестована советской контрразведкой. Как ей удалось оказаться на Западе?
Н.Г.: – Да, на допросах она рассказывала о своем пребывании в советском плену. Она была захвачена советскими солдатами, когда пыталась бежать из Берлина в мае 1945 года. Ее допрашивали в течение некоторого времени, пока не оказалось, что у нее открылся туберкулез, и она легла в английский военный госпиталь в Берлине. К тому времени, когда она выписалась, советская разведка либо перестала интересоваться ею, либо люди, занимавшиеся ее делом, были переведены в другое место. Так что ей было сравнительно легко добраться до Баварии, откуда она родом. Трудно сказать, почему Советы вдруг оставили ее в покое. Ведь они не были до конца уверены, что Гитлер покончил жизнь самоубийством.


Муфтий на службе рейха
В.А.: – Одна из глав доклада называется «Нацисты и Ближний Восток». У Гитлера, как известно, были обширные планы относительно этого региона. Нацистской Германии отчаянно нужна была нефть. Стратегический план состоял в том, чтобы из Северной Африки пробиться в Палестину, в то время подмандатную британскую территорию, оттуда – в нефтеносные Ирак и Иран, а затем соединиться с немецкими войсками на Кавказе. Союзником Гитлера в осуществлении этого плана стал Великий муфтий Иерусалима Хадж Амин эль-Хусейни. Как это произошло?
Н.Г.: – Великий муфтий Иерусалима возглавлял радикальное националистическое движение в Палестине. Он был одним из главных вдохновителей кровавых мятежей против британских властей в период с 1936-го по 1939 год. В ходе последнего был вынужден бежать в Багдад, и британцы сумели подавить мятеж. В ноябре 1941-го он объявился в Берлине. Великий муфтий отвечал за радиопропаганду на арабском языке. Вещание на Ближний Восток велось из Берлина. Эти передачи содержали призывы к арабскому населению восстать и убивать евреев, а также составлять списки палестинских евреев, чтобы, когда придут немцы, их можно было по этим спискам найти и уничтожить. Летом 1942 года, когда ожидалось, что Роммель вот-вот прорвет британскую оборону, в Германии была сформирована айтнзацкоманда «Египет» под командованием оберштурмбаннфюрера СС Вальтера Рауффа. Ее перебросили в Грецию, и там, в Афинах, она дожидалась дальнейшей переброски в Северную Африку. Когда Роммель одержал победу при Эль-Аламейне, айнтзацкоманда отправилась на соединение с ним. В их задачу входило истребление евреев в Палестине. Но они, разумеется, рассчитывали, что арабы окажут им в этом поддержку, подобно литовским и украинским националистам на оккупированных советских территориях. Но прорыва под эль-Аламейном не произошло, британцы перегруппировали свои силы и в октябре начали масштабное контрнаступление. Муфтий в это время оставался в Берлине и продолжал по радио нагнетать страсти в Палестине, Северной Африке – везде, где понимали арабский язык.

В.А.: – А эта айнтзацкоманда – она успела что-то сделать?
Н.Г.: – Да, они успели отправить в концлагеря тунисских евреев. Из них две с половиной тысячи человек погибли, их имущество было конфисковано. За эти преступления никто никогда не был наказан.
Конец войны застала Вальтера Рауффа в северной Италии, где он тоже занимался уничтожением евреев и партизан. Он сдался в плен американцам, но ему удалось бежать из лагеря. В 1948 году он объявился в Дамаске – премьер-министр Сирии Хусни аз-Заим сделал его своим советником. Однако правление аз-Заима продолжалось всего четыре месяца – он был свергнут и казнен в августе 1949 года. Рауфф с семьей перебрался в Эквадор, а оттуда, в 1958 году, в Чили. В 1962 году правительство ФРГ пыталось добиться его экстрадиции, но Верховный суд Чили отказал в выдаче. В 1970 году охотник за нацистами Симон Визенталь обращался по этому вопросу к Сальвадору Альенде, но тот ответил, что не может отменить решение высшего судебного органа страны. При Пиночете Рауфф стал советником чилийской разведки. ФБР и Израиль неоднократно повторяли попытки, но Пиночет неизменно отвечал отказом. Вальтер Рауфф умер в Сантьяго в мае 1984 года. Как гласят документы разведки, он никогда не испытывал ни малейших угрызений совести и не раскаивался.
Вернемся к Великому муфтию. Как явствует из материалов Национального архива США, он получал от нацистского правительства щедрое финансирование – 80 тысяч рейхсмарок в месяц. Для сравнения: жалованье фельдмаршала составляло 26500 марок в год. Кроме всего прочего, муфтий принимал активное участие в формировании дивизии Ваффен СС из боснийских мусульман. Дивизия была предназначена для боевых действий в Югославии, но муфтий лелеял мечту, что в дальнейшем она будет направлена в Палестину. После войны ему удалось избежать наказания благодаря Великобритании и Франции, которые не хотели судом над муфтием возбуждать недовольство среди мусульман Ближнего Востока. Муфтий нашел убежище в Париже, оттуда отправился в Сирию и умер в Бейруте в 1974 году. До последнего дыхания отрицал факт своего сотрудничества с нацистами.


Микола Лебедь возглавлял службу безопасности Организации украинских националистов, но после войны резко критиковал Бандеру.


Братства пауков
В.А.: – Одна из самых интересных глав вашего доклада посвящена нацистскому подполью в послевоенных Германии и Австрии и его надеждам вернуться к власти. Насколько реальны были эти надежды?
Н.Г.:– И в Германии, и в Австрии существовали правые круги, которые предоставили нацистам после войны политическое покровительство. Американская и британская разведки внимательно наблюдали за этим. Одна из крупнейших организаций бывших нацистов в Западной Германии называлась Bruderschaft – «Братство». В нее входил целый ряд видных деятелей – бывший гауляйтер Гамбурга Карл Кауфман, высокопоставленный сотрудник центрального аппарата Главного управления имперской безопасности штурмбаннфюрер СС Альфред Франке-Грикш, старший офицер штаба дивизии «Гроссдойчланд» майор Хельмут Бек-Бройхситтер. Они надеялись вершить немецкую политику из-за кулис, если к власти придет правое правительство. Их идеей было найти для Германии место где-то между НАТО и советским блоком, чтобы, как они рассчитывали, в один прекрасный день воссоединить страну в границах 1937 года. Но организация распалась вследствие внутренних разногласий.
Организация в Австрии называлась Spinne – «Паук». Ее составляли очень известные австрийские нацисты. Они рассчитывали повлиять на результаты выборов, а когда социалисты будут изгнаны из власти, играть роль серых кардиналов. Это движение также развалилось, отчасти благодаря Соединенным Штатам, которые действовали сообща с умеренными австрийскими партиями.
Из архивных документов следует, что множество нацистов сохраняли после войны политическую активность, тянулись к власти и пытались вернуть Германии доминирующую роль в Центральной Европе.

Полезный Лебедь и бесполезный Бандера
В.А.: – Последняя глава доклада называется «Союзная разведка и Организация украинских националистов». Что здесь открылось нового? И, главное, получен ли ответ на старый вопрос: сотрудничал ли с американской разведкой Степан Бандера?
Н.Г.: – Это очень запутанный сюжет. Американская военная разведка внимательно изучала контингент лагерей для перемещенных лиц украинской национальности. Ее очень интересовали украинцы, воевавшие в Польше и после войны устремившиеся на Запад. Ее интересовали также планы украинских вождей, вроде Степана Бандеры. Однако политика украинских националистов – как на территории Украины, так и в изгнании, – отличалась крайней запутанностью. Американская военная разведка на самом деле просто пыталась выяснить, кто у них главные игроки и что они собираются предпринять. Особенно ее интересовали планы Бандеры, потому что было понятно, что он и его сторонники очень опасны. США никогда не использовали Бандеру. Более того: существуют свидетельства того, что Соединенные Штаты пытались его найти, чтобы передать Советам, но им это так и не удалось. Бандера работал некоторое время на британцев, на их разведку MI5. Непродолжительное время он сотрудничал с итальянской разведкой. Перед его убийством в 1959 году он работал на западногерманскую разведку. Но Соединенные Штаты всегда смотрели на Бандеру как на человека, от которого можно ожидать чего угодно. Американцы не только никогда не работали с ним сами, но и убеждали британцев и западных немцев не делать этого.
Иное дело – Микола Лебедь, возглавлявший Службу безопасности ОУН, а после войны ставший в оппозицию Бандере. Лебедь осознал, что должен по крайней мере употреблять тот язык демократии, который будет понятен Соединенным Штатам. Он понимал также, что для того, чтобы работать с американцами, ему в той или иной степени придется подчинить свои собственные цели американским. Бандера никогда не понимал этого. С Бандерой была и другая проблема: его организация была совершенно не защищена от советской инфильтрации. И действительно: Советы наводнили ряды бандеровцев своей агентурой. Что нравилось американцам в Лебеде – что его организация была абсолютно надежно защищена от советского проникновения. Я не видел ни одного документа, где говорилось бы о провале разведки, причиной которого была организация Лебедя или его отряды на Украине.

В.А.: – Другими словами, американская разведка сотрудничала с Лебедем, несмотря на его прошлое…
Н.Г.: – Трудно сказать, что именно американская разведка и американские иммиграционные власти знали о нем. Наверняка они знали, что он вместе со Степаном Бандерой участвовал в покушении на жизнь министра внутренних дел Польши Бронислава Перацкого. (Перацкий был убит в 1934 году в центре Варшавы тремя выстрелами в затылок. Бандера и Лебедь были за это убийство приговорены к смертной казни, замененной по амнистии на пожизненное заключение. Оказались на свободе в результате немецкого вторжения в Польшу в сентябре 1939 года. – В. А.).
Что касается деятельности Лебедя во время войны, то картина была очень мутная. Они знали, что он прошел подготовку в немецком учебном центре Закопане в Польше и что он – сподвижник Бандеры. Но в том, что он участвовал в действиях Бандеры в Западной Украине, у американских властей не было твердой уверенности. Вместе с тем негативная информация о Лебеде тоже поступала из различных источников. Но американские власти не знали, насколько можно верить этим источникам, соответствовали эти сведения действительности или это была советская дезинформация. Проблема в том, что они никогда не пытались докопаться до правды. Если бы они углубились в историю Западной Украины в годы войны, то легко установили бы, что бандеровское крыло Организации украинских националистов участвовало в этнических чистках.
А Лебедь после войны весьма успешно преобразился. Он написал брошюру об Украинской повстанческой армии, которая рисовала повстанцев в благоприятном свете: они сражались с немцами после 1941 года и с Советами после 1944-го. В брошюре ничего не говорилось ни об участии в уничтожении евреев в Западной Украине, ни об этнических чистках поляков в Восточной Галиции и на Волыни.
После войны Микола Лебедь жил сначала в Риме. Однако в конце 1947 года истекал срок полномочий американской военной администрации в Италии, власть переходила к национальному правительству, и ЦРУ опасалось, что это правительство не устоит перед требованиями Москвы выдать Лебедя. Его вместе с семьей переселили в Мюнхен. Американская разведка приложила немалые усилия к тому, чтобы он получил американское гражданство.

В.А.:  – Планы ЦРУ относительно Лебедя столкнулись с сопротивлением иммиграционных властей США. Вы пишете, что по этому поводу имел место острый межведомственный конфликт, победителем из которого вышел директор ЦРУ Аллен Даллес. Что именно произошло?
Н.Г: –Разведка считала, что Советы могут убить Лебедя, если он останется в Европе. А если он приедет в США, его можно будет использовать в общих интересах: у него была агентура на Украине и хорошие разведывательные возможности в Европе. Но Службе иммиграции и натурализации стало известно, что Лебедь не только участвовал в покушении на члена польского правительства в 1934 году, но и что он был одним из самых известных террористов во время войны. ЦРУ и иммиграционная служба вступили в спор, причем со стороны ЦРУ в нем принял участие лично Аллен Даллес. В конце концов Лебедь был натурализован в 1951 году.
В.А.: – Аллен Даллес считал Миколу Лебедя своим неоценимым приобретением. Оказался ли он действительно так полезен?

Н.Г.: – Похоже, что да. Случай Лебедя уникален. ЦРУ не потеряло к нему интерес на протяжении всей холодной войны. Даже после того как Лебедь вышел в отставку в 1960-е годы, он оставался консультантом, а организация, которую он создал для ЦРУ, продолжала работу вплоть до 1991 года, когда Украина стала независимым государством. Обычно ЦРУ пользуется услугами таких сомнительных фигур в течение определенного и очень краткого периода. Уникальное свойство Лебедя, которым и объясняется продолжительность его сотрудничества с ЦРУ: он был абсолютно надежен. В отличие от некоторых бывших офицеров СС, которых использовало ЦРУ, Лебедь не болтал первому встречному, что он работает на ЦРУ, не соблазнился ролью двойного агента. Он не был абсолютно лоялен американцам, но он знал, что может рассчитывать на поддержку ЦРУ в осуществлении своих операций. Он никогда не допускал в свою организацию людей, которым не доверял всецело.
Еще одна причина, почему он оказался так полезен ЦРУ, состоит в том, что он поставлял информацию на Украину и получал информацию оттуда в течение всего своего пребывания в Соединенных Штатах. И это была информация такого рода, какую ЦРУ никогда не смогло бы получить самостоятельно. У ЦРУ не было людей с таким знанием языка, с таким контактами на Украине и в Европе. Так что, каким бы ни было его прошлое, Лебедь был весьма ценным ресурсом. Каждый год ЦРУ оценивало каждую свою программу и решало, стоит ли и впредь тратить на нее деньги. И из года в год организация Лебедя успешно проходила эту проверку.
К 1954 году активная фаза украинского сопротивления завершилась. Лебедь возглавил в Нью-Йорке исследовательский и издательский центр «Пролог». После провозглашения Украиной независимости он неоднократно приезжал туда, был делегатом Всемирного съезда украинцев в Киеве в 1992 году. Умер в июле 1998 года в Питсбурге.

Без «чистоплюйства»
В.А.: – Доклад «Тень Гитлера» ставит под сомнение бескомпромиссность Вашингтона и Лондона в вопросе о преследовании нацистских военных преступников. Но теперь выясняется, что принципиальность была не такой уж твердой...
Н.Г.: – Я не думаю, что у ЦРУ когда-либо существовала политика использования нацистских военных преступников после войны. Да, в ряде случаев разведка – не ЦРУ, а военная разведка США – вступала в отношения с лицами, причастными к преступным действиям во время войны. Иногда эти контакты были краткими, иногда продолжительными, иногда полезными, иногда не приносили ничего, кроме ущерба. Но я бы не сказал, что эти отношения достигают масштаба политического курса.

В.А.: – Услугами бывших нацистов не гнушалась и советская разведка, причем достигла на этом пути исключительных успехов. Самый яркий пример такого рода – гауптштурмфюрер СС Хайнц Фельфе.
Н.Г.: – Да, Фельфе – замечательный пример. Офицер СС, которого Советы использовали с огромной пользой для себя. Задумайтесь на секунду: к концу 1960-х годов он дослужился до должности главы западногерманской контрразведки. Только вообразите: шеф контрразведки ФРГ – советский агент. Это не какая-то там мелкая сошка, он руководил самым важным управлением в разведке. Занимая такой пост, он был способен не только сдавать всю западную агентуру в Восточной Европе, о которой он знал, но и проваливать все операции западногерманской контрразведки против Советов. Это невероятная история об успехе КГБ и полнейшей некомпетентности западных немцев.

журнал - Совершенно Секретно



Комментариев нет:

Отправить комментарий